Женя Желтухина

"20 лет, архитектор. Архитектура - это поэзия в граните, но одним гранитом ограничиваться никогда не хотелось. Иногда не думается, не болит и не воспринимается, но и, на удивление, не молчится. Тем и живу".

 

 

 


 

***
Лежишь кверху вспоротым, прячешь в ладонь улыбку,
А изнутри через швы вместо мыслей сыпется, сыпется ледяное крошево.
Милый друг Бродский, если не выходить из комнаты, не совершать ошибку,
Что же тогда случится еще хорошего?

Если всегда хорониться за пыльными плинтусами,
сердце беречь от шрамов и думать за всех наперёд,
Всё, что могло бы случиться, но не случилось с нами,
Какой-нибудь зимней ночью нас на клочки разорвет.

Дверь открывается туго, скрипят половицы,
Дом занесен по макушку, блестит то ли в боли, то ли в снегу.
Если все так надоело, что пятую ночь не спится,
Значит пора отправляться гневить судьбу.

Сожми кулаки, передай трусоватому Бродскому пьяный привет.
Оставь его дома, томиться и плакаться, одного.
Там, за дверью квартиры сразу начнется свет,
Глупо бояться ожогов. Точнее, ради чего?


***
Никто не в праве меня держать.
Я - ветер, сметающий все на своем пути: хоть Париж, хоть Рим.
Я - кровь, стекающая с ножа
в теплую воду в ванной, запертой изнутри.

Никто не в силах меня поймать.
Я - мысль. Я - слово на камне, что пулей летит в висок
Во тьме подворотни с криками "твою ж мать!".
Я - праздник, где детям портвейн подливают в клубничный сок.

ничего не боюсь: из горящей избы мне дорога опять в полымя.
Я - золото самой низшей, никчемной пробы.
Страшно не то, что ты никогда не догонишь меня,
А то, что ты никогда и не пробовал.

 

***
Последнее солнце перед зимой светом вспарывает глаза,
В города вновь врываются холода,
С зимних курток под ноги сдувают пыль .
Если можешь припомнить места, где тебе тепло- уходи туда.
Помни, что бы с тобой не случилось -
не смей оборачиваться назад.

За спиной остаются признания и города:
Вот ты смотришь на всех свысока,
Вот твой первый нож посреди лопаток.
Вот она умирает, не позвонив, не сказав 'пока',
Вот самый важный мотив непривычно краток,
Вот ты стоишь и давишься миллионным ответом "да".

Даже если оттуда, из-за спины будут звать друзья,
Даже если отчаянно не любим тот некто, что держит руку,
Отпускай ее, собирай чемодан, начинай по кругу,
И какой бы личностный армагеддон этой осенью ни начался,
Помни, назад никогда оборачиваться нельзя.


***
Колкие, как репейники, приставучие, -
Так росли мы, набираясь жизненных синяков, как опыта.
И какими учителями мы были с тобой обучены,
Если всегда сторонились таких же, как мы, подопытных?
Группой крови выплевывать на рукав порядковый номер свой,
Маме письма писать, отправляя в дождь из окна шарами,
И на кой, расскажите-ка, сдался нам Цой живой,
Если те, кто действительно нужен, уже не с нами?
Так оскалиться, отстреляться и перевыполнить,
Планово пережить, что судьбою было предрешено.
Если забыть не получится, просто придется выплюнуть,
Доехать до моря и камнем уйти на дно.
Говори, заполняй у меня внутри поля регистрации,
Всем цинизмом бликуй на морском темно-синем дне,
И если окажется, что мы сходим на разной станции,
Я поверю, что часть тебя (ну хотя бы часть) остается мне.

 

***
Ты открыта всем людям и всем ветрам:
Заходи, надевай домашнее. Кухня - вот.
Жизнь в тебя возвращается по кускам,
облаками вспарывает живот.
Говорят, ничего нельзя поделить на ноль,
Зато можно делить себя на добро для других людей.
Ты приехала вся из планов и из идей,
Уезжала, чтоб убежать, а вернулась совсем живой.
Лесным солнцем выжжена голова,
И бликует между лопатками волчья прыть, -
Еще месяц назад ты дышала едва-едва,
А теперь обещай такую себя не забыть,
Когда будет зима, и ты вновь не увидишь дна.

 

***
Да и что между нами, кроме истории сообщений?
Но ветра перемен для смертных не делают исключений:
И дороги наши пропитаны солью морских течений,
Мы растили себя друг для друга десяток лет.
Вот мы встретились. И случилась магия?
Ничего не случилось, нет.

Не ворочают больше винтики наших душ
механизмы "магических судьбоносных встреч":
там пророс цинизм и покрылись ржавчиной все болты.
Если есть между нами хоть что-то, что стоит беречь -
Это опыт, что "каждый последующий больше не будешь ты".


Конец Света

В прозе не описать, что творится внутри, и как тянет вниз этот вечный бег:
Космолёты манят пространства иных миров,
Синицы выпорхнули из рук, хочешь жизни – бери разбег,
Выдыхай из себя все то, для чего не хватало слов.

Ловят снег проржавевшие провода,
И у города не прощупать до марта пульс.
Мы когда-то думали, что не денемся никуда,
а теперь говорим «я едва ли сюда вернусь».

Убегать от себя в постоянство дорожных колец
И смеяться в лицо заплутавшему декабрю.

Если этой зимой и правда случится Конец,
Я тебе даже не позвоню.

 


№12

Александр Пелевин

Женя Желтухина

Нина Райнер

Андрей Орловский